08.12.2020 12:00

Сын владельца ТагАЗа рассказал, почему производство Аквилы во Франции закончилось банкротством

В начале декабря сообщалось о банкротстве и закрытии компании MPM Motors, которая собирала во Франции копии российского спорткара Tagaz Aquila. Собственник предприятия Игорь Парамонов — сын бывшего владельца ТагАЗа Михаила Парамонова — в интервью французскому СМИ рассказал, как создавалась MPM Motors и почему она разорилась. Напомним, что Аквила во Франции до 2018-го называлась MPM PS160 (с двигателем Mitsubishi 1.6), после — MPM Erelis (с турбомотором PSA 1.2).

По словам Игоря, еще до основания MPM Motors в 2014 году у них с братом в Париже был успешный бизнес по прокату люксовых автомобилей. Однако им всегда хотелось заняться производством. Изначальная идея MPM Motors заключалась в мелкосерийном выпуске необычных машин. Начали с Аквилы потому, что этот проект был уже создан (для России), но оставался невостребованным. Парамонов-младший решил, что, адаптировав конструкцию под сертификационные требования Евросоюза, можно было за небольшие деньги получить коммерчески привлекательный продукт. С помощью Аквилы MPM хотела наработать опыт в промышленном производстве — и уже затем готовить следующие модели, созданные с нуля.

Проблемы начались сразу: узнав, что Игорь — русский по рождению, французские банки отказывали ему в кредите на бизнес. Их не убеждало даже то, что он на тот момент уже 20 лет жил во Франции: в Евросоюзе до сих пор с подозрением относятся к российским капиталам, утверждает сын экс-владельца ТагАЗа.

В конце концов деньги на проект нашлись. В городке Траппе, в 35 км от Парижа, MPM организовала «микрозавод» площадью 5000 кв. м, при численности персонала 150 человек он мог выпускать до двух машин в час.

Однако оказалось, что Аквила сама по себе — сырой по конструкции автомобиль. Спорткар сертифицировали по правилам Евросоюза в исходной конфигурации — с 1,6-литровым бензиновым мотором Mitsubishi Orion. MPM выпустила опытную партию машин, которые пустили в частную продажу по смешной для ЕС цене — 8000 евро. С этими экземплярами было много проблем, поэтому Парамонов организовал две летучие бригады механиков, выезжавших для устранения поломок (одна работала на севере Франции, другая — на юге).

Значительная часть компонентов для MPM импортировалась из Китая. Качество их продукции оказалось нестабильным — нередко при получении комплектующих отбраковывалось сразу 20% партии. Кроме того, высоки были логистические издержки. Например, закупочная стоимость одного переднего сиденья китайского производства для Аквилы составляла всего 35 евро, но затраты на его доставку и таможенную очистку были выше, чем цена самого кресла.

В конце концов качество машины удалось повысить, однако в Европе наступил очередной этап ужесточения требований по выхлопу новых автомобилей. Аквила с мотором Мицубиси никак не вписывалась в них, а с оплатой штрафа за превышение норм ее цена становилась слишком высокой. Поэтому MPM подготовила новую модификацию с 1,2-литровым бензиновым турбомотором PSA Puretech 130. Сертификационные испытания модернизированных спорткаров, получивших имя MPM Erelis, проводились в Англии на фирме Ricardo, работа по доводке машины под нормы токсичности длилась полтора месяца нон-стоп, поскольку сам процесс омологации очень дорог — MPM заплатила англичанам 200 000 евро. Еще через четыре месяца PSA Peugeot-Citroen начала отгружать Парамонову двигатели для серийных автомобилей.

Российское происхождение бизнеса мешало его развитию. На каком-то этапе MPM Motors обратилась в службу занятости Франции, чтобы найти 50 новых рабочих. Как начинающий бизнес, компания могла получить льготу, при которой первые три месяца этим сотрудникам зарплату платили бы из бюджета Франции. Однако даже в этой льготе, доступной другим предприятиям, Парамонову было отказано якобы из-за ошибки при оформлении документов, допущенной в госучреждении. В другой раз утром на завод MPM с внеочередной проверкой прибыли инспекторы Фонда социального страхования Франции, их сопровождали окружной прокурор и вооруженные автоматами полицейские — всего 35 человек. «Они допросили каждого сотрудника фирмы, но ушли ни с чем — ни налоговых претензий, ни нарушений трудового законодательства у нас не было. Возможно, они сказали себе, что среди русских найдут наркотики, проституток или факты торговли людьми», — рассказал Игорь Парамонов изданию Histo-Auto.

Для поддержания стабильной работы компании просто не хватило оборотных средств, поэтому в один момент завод остановился. На его перезапуск требуются еще большие вложения. Привлечь соинвестора со стороны не удалось.

С момента начала производства в 2016 году MPM Motors собрала порядка 1000 автомобилей, в том числе 200 — с мотором PSA. Во Франции и Бельгии бегают по 100 Аквил, в Германии — 80. Активно наращивались продажи в Испании. Всего у MPM было около 80 дилеров в Евросоюзе.

200 семей из города Траппе были трудоустроены на заводе MPM, для сохранения производства машин власти Франции не оказали никакой поддержки. Хотя этот бизнес имел социальную значимость для городка, где мало работы и который считается столицей джихадистов Франции, говорит Парамонов.

В России Tagaz Aquila выпускался в 2012-2013 годах, было собрано несколько десятков экземпляров.

Источник

Выбираем: Mercedes-Benz GLS-Class или BMW X7 Современные полиграфические услуги в Алматы Новый BMW 5 Series Touring G31 LCI с пакетом тюнинга от AC Schnitzer BMW X6 M в тюнинг-ателье Manhart превратили в настоящий вездеход с 888 л.с. Обновленный BMW X7 M50i 2021 года

Лента новостей