Советский Opel. Кто разработал первый Москвич, немецкие КБ или московские конструкторы?

Советский Opel. Кто разработал первый Москвич, немецкие КБ или московские конструкторы?

После войны территория побеждённой Германии была разделена на оккупационные зоны. Западными землями управляли страны-союзники США и Англия, восточные земли попали под контроль СССР. Советская военная администрация Германии (СВАГ) попыталась поставить немецкую науку и технику на службу нашей отечественной промышленности. Речь даже не о вывезенном по репарациям оборудовании, отгруженном на различные советские заводы, в том числе, и на все автомобильные. В восточных землях были образованы НИИ и КБ, подчинённые советским министерствам. Они занимались разработками в разных областях промышленности – тяжёлой, лёгкой и химической, в станкостроении, по технологическому и транспортному машиностроению, и, безусловно, в военной области.

Помимо прочего, в Германии действовало несколько конструкторских бюро автомобильного профиля, работавших на Министерство автомобильной промышленности СССР (до лета 1946 года — Наркомат Среднего Машиностроения). Они конструировали кузова, двигатели, автомобильные агрегаты и электрооборудование, мотоциклы, устройства для изготовления и испытаний автомобильных компонентов.

Первая же информация о немецких КБ, работавших на СССР, появившаяся в печати в начале «нулевых» годов, породила «легенду», имеющую мало общего с реальностью. Несколько десятилетий повторялся миф, будто «комплект заводского оборудования» и «полный комплект документации» вывезли из Германии по репарациям. Это оказалось выдумкой. Группа советских инженеров во главе с первым главным конструктором МЗМА Олегом Дыбовым в августе 1945-го действительно поехала в Германию, но не нашла там ни комплектного автозавода Opel, ни сейфа с полным комплектом чертежей.

Узнав как-то про немецкие КБ, подчинённые СВАГ, увидев их отчёты, но не потрудившись познакомиться с заводской документацией МЗМА, лет 15 назад один исследователь преподал, как сенсацию, будто весь первый Москвич едва ли не «до последнего болта» переконструирован на базе Opel немцами, работавшими в конструкторских бюро, подчинённых СВАГ.

Между тем, ни в коем случае нельзя игнорировать воспоминания главного конструктора МЗМА Александра Фёдоровича Андронова. В своё время мы посвятили этому выдающемуся советскому инженеру отдельный материал. Он утверждал, что коллектив ОГК МЗМА готовит к производству Москвич-400-420 самостоятельно, обмеряя образцы машин Opel Kadett, их отдельные узлы и детали. На стороне Андронова — элементарный зрдавый смысл. Дело в том, что адаптировать немецкую машину к выпуску на советском заводе могли только инженеры этого завода, которые знали все особенности технологического оснащения. Именно разница между немецкой и советской технологией и стала естественной причиной конструктивных отличий Москвича-400 от Опеля.

Автор настоящей статьи взял на себя труд и пересмотрел все доступные отчёты ОГК МЗМА, перелистал толстые папки с чертежами машины, обращая основное внимание на даты выпуска каждой кальки и подписи ответственных лиц. Версия Андронова о том, что ключевую роль в подготовке производства первого Москвича сыграли не военные трофеи и не документация, пришедшая из немецких КБ, а усилия конструкторов ОГК МЗМА, подтвердилась фактами, датами и фамилиями действующих лиц.

По датам выпуска чертежей на узлы и агрегаты автомобиля получается, что вся документация на двигатель, трансмиссию и ходовую часть первого Москвича выпущена с сентября по декабрь 1945-го, на электрооборудование – к январю 1946-го. При этом, первое КБ СВАГ начало работать только в декабре 1945-го – на его организацию ушло несколько месяцев после победы. О проектировании двигателя и других агрегатов серийного автомобиля Москвич в отчётах немецких автомобильных КБ нет ничего.

А какой машины наши инженеры “срисовали” первый Москвич? В Отделе главного конструктора МЗМА был Opel Kadett K38 — ещё до войны образец поступил в НАТИ на испытания. Андронов пишет, что в руках конструкторов ОГК «не было ни одной новой машины, все изношенные». Да, тот Kadett прошёл цикл дорожных испытаний в НАТИ. Для показа в Кремле Сталину и членам правительства ему «вылизали» внешность: помыли, располировали, не исключено, что даже перекрасили. Старыми были и другие «Кадеты» и их запчасти, попадавшие на МЗМА со складов трофейного имущества.

Летом 1945-го, по документам, заводу выделили очередной трофейный Kadett — тоже, конечно, не новенький. Осенью из Германии вышел целый эшелон с 24-мя легковыми и грузовыми машинами, среди которых было до десятка Opel моделей Kadett и Olympia, грузовые Blitz (такую машину, наряду с другими, в Ульяновске брали за прототип УАЗ-300 — об этой удивительной машине, чуть не ставшей “советским Ford F-150” мы тоже писали. В СССР автомобили прибыли разграбленными, о чём был составлен отдельный акт. В любом случае, образцы Kadett для копирования ОГК МЗМА было, где взять.

Кто готовил первый Москвич к производству? Работы по двигателю возглавлял Сергей Борисович Чистозвонов. До войны он считался лучшим мотористом института НАТИ, лично перечерчивал двигатель Ford Prefeсt для КИМ-10. Помогал ему бывший коллега по институту Евгений Кнопф, тоже опытный конструктор агрегатов. Рулевое управление Kadett воспроизводил Борис Кирсанов с ГАЗа, автор ведущего переднего моста ГАЗ-61 и компоновки “Победы”. Другой горьковчанин Игорь Новосёлов делал тормоза и задний мост. Сцепление и карданный вал конструировал Игорь Чарноцкий, чья довоенная биография неизвестна.

Ещё в ОГК активно работали два «кимовца» (до войны Завод малолитражных автомобилей назывался “Автомобильный завод имени КИМ”, то есть, имени Коммунистического интернационала молодёжи): Кама Файбисович и Урри Яблонский. Первый отвечал за коробку передач, второй – за электрооборудование. Сам Андронов, перед войной, приложивший руку к внедорожнику АР-НАТИ, занимался подвесками. Например, ему пришлось разгадывать секреты очень сложной передней подвески Dubonett. Чтобы показать, как изготовить этот узел, Андронов и технолог Игорь Гладилин, как два автослесаря, собственными руками в присутствии главного инженера В.Ф. Гарбузова разбирали и собирали мудрёный немецкий механизм.

Итак, вся “механика”, всё “железо” Москвича-400-420 создана силами инженеров московского завода, пусть даже по образцу «живых» прототипов. С кузовом седан модели 420 дела обстоят сложнее.

Даже в отчётах ОГК МЗМА конца 1945 года говорится, что если с шасси и двигателем московские конструкторы справились, то документация на многие кузовные детали ещё не разработана. Прежде всего, не хватает людей, конструкторов кузовов. И тут же немецкий отчёт указывает, что чертежи на все штампуемые детали кузова «Москвича», а также алюминиевый плаз, шаблоны и мастер-модели были разработаны одним из подчинённых СВАГ конструкторских бюро в городе Шварценберге. Однако в другом немецком отчёте, где даётся полный перечень всех разработок, переданных советской стороне за несколько лет, возле строчек, где говорится о кузовной оснастке для Москвича, стоят карандашные пометки, что «она не использована».

Настораживают и даты. Согласно немецким документам, чертежи, шаблоны и мастер-модели отправлены на МЗМА в марте 1946 года. Но практически месяцем ранее 8 февраля заводские «кузовщики» Леонид Исаакович Белкин, Сергей Дмитриевич Чуразов и Виталий Фёдорович Тарасов подписали чертежи широкого набора кузовных штампованных деталей, притом, что часть документации была выпущена этими же инженерами ещё в 1945 году или в январе 1946-го.

Резюмируя, если немецкие КБ СВАГ и внесли лепту в подготовку производства базовой модели Москвича, то несущественную: основную работу сделала команда Отдела Главного Конструкора завода малолитражных автомобилей, и имена этих конструкторов мы знаем.

Источник

Премьера BMW X5 M и X6 M в финале гонок DTM 2019 на трассе Хоккенхаймринг BMW 3 серии G20 после тюнинга в 3D Design BMW X8 M будет гибридным внедорожником с 4,4-литровым V8 BMW X6 M снова появился на тестах в Нюрбургринге BMW M4 CS

Лента новостей